СТИХИ: Сказки
[POEMS: Fairy Tales]
Эти стихи — интерпретации известных сказок, путешествия в придуманные сказочные миры или волшебные видения «реального».
[These poems are interpretations of well-known fairy tales, glimpses into invented fairy-tale-like worlds, or magical visions of the “real.”]
[These poems are interpretations of well-known fairy tales, glimpses into invented fairy-tale-like worlds, or magical visions of the “real.”]
***
«Быть может, на стекле изъян -
Стекле таинственного шара,
В котором я из дальних стран,
Привезена ему в подарок.
Но только кажется, что он
Не равнодушный и не старый,
Он поднимается на трон.
Клубится дым его сигары.»
А в кресле восседал старик,
Читая манускрипт старинный,
И в серебристом шаре блик
Дрожал от пламени камина.
«Быть может, на стекле изъян -
Стекле таинственного шара,
В котором я из дальних стран,
Привезена ему в подарок.
Но только кажется, что он
Не равнодушный и не старый,
Он поднимается на трон.
Клубится дым его сигары.»
А в кресле восседал старик,
Читая манускрипт старинный,
И в серебристом шаре блик
Дрожал от пламени камина.
***
Своим гребнем серебряным водит она
По твоим волосам темно-русым
И поет про страну, где дневует луна, -
И блестят ее звездные бусы.
Я проплакала столько бессонных ночей,
Ты же спишь в ее нежных объятьях.
И недвижны дубовые створки дверей,
И не снять поцелуем заклятья.
Ее песня течет, глубока, как река,
И текут по щекам моим слезы.
Если есть та страна, то трава в ней мягка,
Как ее шелковистые косы…
Своим гребнем серебряным водит она
По твоим волосам темно-русым
И поет про страну, где дневует луна, -
И блестят ее звездные бусы.
Я проплакала столько бессонных ночей,
Ты же спишь в ее нежных объятьях.
И недвижны дубовые створки дверей,
И не снять поцелуем заклятья.
Ее песня течет, глубока, как река,
И текут по щекам моим слезы.
Если есть та страна, то трава в ней мягка,
Как ее шелковистые косы…
***
Когда-то слова жемчугами
С коралловых сыпались уст.
Но клятва слепила уста мне
И взгляд мой стал чёрен и пуст.
Я прежней себя отраженье,
И лживы улыбки мои.
Ножами при каждом движеньи
Земля разрезает ступни.
А ты с каждым днём равнодушней.
Тебе уже скучно со мной.
В упрёках твоих мои уши
Морской различают прибой.
Я слишком горда, чтоб дождаться,
Пока ты прогонишь меня.
Где волны на берег ложатся,
Я буду белеть на камнях.
Когда-то слова жемчугами
С коралловых сыпались уст.
Но клятва слепила уста мне
И взгляд мой стал чёрен и пуст.
Я прежней себя отраженье,
И лживы улыбки мои.
Ножами при каждом движеньи
Земля разрезает ступни.
А ты с каждым днём равнодушней.
Тебе уже скучно со мной.
В упрёках твоих мои уши
Морской различают прибой.
Я слишком горда, чтоб дождаться,
Пока ты прогонишь меня.
Где волны на берег ложатся,
Я буду белеть на камнях.
***
Прокралась смерть и, наклонившись, нежно
Дотронулась прозрачною рукой
До лба его, и начала неспешно
Рассказывать, что счастье есть покой.
И он увидел светлые долины,
Лежащей перед ним в тиши страны.
Перед глазами вереницей длинной
Прошли, протанцевали жизни сны.
Глаза, тускнея, закрывались сами,
И смерть прильнула ласково к плечу.
Тогда рукой, украшенной перстнями,
Он потянулся к лунному лучу...
И вдруг втекла, с лучом луны сливаясь,
Искрящаяся песня соловья.
В ней расцветали жизнь, любовь, земля, -
И смерть заслушалась, бессильно улыбаясь...
Прокралась смерть и, наклонившись, нежно
Дотронулась прозрачною рукой
До лба его, и начала неспешно
Рассказывать, что счастье есть покой.
И он увидел светлые долины,
Лежащей перед ним в тиши страны.
Перед глазами вереницей длинной
Прошли, протанцевали жизни сны.
Глаза, тускнея, закрывались сами,
И смерть прильнула ласково к плечу.
Тогда рукой, украшенной перстнями,
Он потянулся к лунному лучу...
И вдруг втекла, с лучом луны сливаясь,
Искрящаяся песня соловья.
В ней расцветали жизнь, любовь, земля, -
И смерть заслушалась, бессильно улыбаясь...
***
Ты не взойдешь на тот утес,
Отполированный дождями,
Где я, вся в золоте волос,
Блещу, облитая лучами.
Но и уйти не сможешь ты,
Плененный голосом отныне,
И, улыбаясь, с высоты,
Взгляну, как сгинешь ты в пучине.
Ты не взойдешь на тот утес,
Отполированный дождями,
Где я, вся в золоте волос,
Блещу, облитая лучами.
Но и уйти не сможешь ты,
Плененный голосом отныне,
И, улыбаясь, с высоты,
Взгляну, как сгинешь ты в пучине.
***
На сеть для ловли птиц роса
Подряд три ночи выпадала.
Её шалунья, егоза –
Дочь птицелова – потеряла.
Я проследила, и никто
В траве ячейки не заметил.
Сегодня соберу я сто
Из самых сильных трав на свете.
Кого хочу поймать я в сеть?
Ведь и сама летаю птицей.
А я ведь знала, что смотреть
Нельзя мне на твои ресницы.
На сеть для ловли птиц роса
Подряд три ночи выпадала.
Её шалунья, егоза –
Дочь птицелова – потеряла.
Я проследила, и никто
В траве ячейки не заметил.
Сегодня соберу я сто
Из самых сильных трав на свете.
Кого хочу поймать я в сеть?
Ведь и сама летаю птицей.
А я ведь знала, что смотреть
Нельзя мне на твои ресницы.
Русалки
1.
У тебя другая женщина…
Посмотри, тебе завещана
Мной
Эта ночь. Луна завешена,
Под водой смеются грешницы…
Стой!
Нет, беги! – лисицей рыжею.
Станет вдруг болотной жижею
Мох.
Как моей тоскою дышится?
А невесте сонной слышится
Вздох…
Сосны – звезд моих подсвечники.
У тебя другая женщина…
Нет?
Обовью руками нежными.
Эта ночь была обещана
Мне.
1.
У тебя другая женщина…
Посмотри, тебе завещана
Мной
Эта ночь. Луна завешена,
Под водой смеются грешницы…
Стой!
Нет, беги! – лисицей рыжею.
Станет вдруг болотной жижею
Мох.
Как моей тоскою дышится?
А невесте сонной слышится
Вздох…
Сосны – звезд моих подсвечники.
У тебя другая женщина…
Нет?
Обовью руками нежными.
Эта ночь была обещана
Мне.
2.
Я к тебе не приду.
Лишь дождём прошуршу.
О тебе на пруду
Я пою камышу.
На склонённых ветвях
Век сидеть мне одной;
А тебе - у огня
Да с пригожей женой.
Так проходят года.
Ты забыл, не грустишь.
Мне же шепчет всегда
Твоё имя камыш.
3.
На ветках ив качаясь,
В лучах луны хохочем
И по лугам, в тумане,
Плетём венки из трав.
А если повстречаем –
Заманим, защекочем.
Кусочком яркой ткани
Теперь нас не обманешь –
Клади полынь в рукав.
4.
Не плести уже мне
Днём в полях венки.
Заменил мне землю
Мягкий ил реки.
Мокрая одежда
Облепила стан.
Не ходи, мой нежный,
К речке по ночам.
Мне не удержаться,
Но моим рукам
К тёплым прикасаться
Не дано щекам.
Феи
1.
Вы когда-нибудь видели фею?
Я – однажды. В лесу, у реки.
Злое личико, тонкая шея
А на пальчиках рук – коготки.
Крыльев нет. Их придумали люди.
Ничего не сказала она.
Но послышалось в ветре: «забудет...».
А потом, чуть потише: «одна...».
2.
Меня заколдовали в детстве феи –
Любительницы пакостных затей.
На слюдянистых крыльях прилетели,
Решив пошкодить малость у людей.
Я на беду им встретилась случайно.
Хихикнув, унеслись шалуньи прочь,
Довольные собой необычайно.
С тех пор никто не в силах мне помочь.
3.
Вы слыхали, чтоб в полях
Колокольчики звенели?
Это потому, что спят
В венчиках склонённых феи.
Чтобы их не разбудить
Навсегда цветы замолкли.
И успели мы забыть
Звон их нежный и негромкий.
1.
Вы когда-нибудь видели фею?
Я – однажды. В лесу, у реки.
Злое личико, тонкая шея
А на пальчиках рук – коготки.
Крыльев нет. Их придумали люди.
Ничего не сказала она.
Но послышалось в ветре: «забудет...».
А потом, чуть потише: «одна...».
2.
Меня заколдовали в детстве феи –
Любительницы пакостных затей.
На слюдянистых крыльях прилетели,
Решив пошкодить малость у людей.
Я на беду им встретилась случайно.
Хихикнув, унеслись шалуньи прочь,
Довольные собой необычайно.
С тех пор никто не в силах мне помочь.
3.
Вы слыхали, чтоб в полях
Колокольчики звенели?
Это потому, что спят
В венчиках склонённых феи.
Чтобы их не разбудить
Навсегда цветы замолкли.
И успели мы забыть
Звон их нежный и негромкий.
***
Платье куклы Пьеретт -
Из оберток конфет.
«Посмотрите! – шумят великаны дома. –
Вы видали смешней,
Вы видали бледней,
Хоть кого-то смешней и бледней, чем она?!»
Ты придешь и уйдешь.
Ты проходишь, как дождь,
Оставляя потекшую тушь на щеках.
А глупышка Пьеретт
Все глядит тебе в след,
Молча рваное сердце сжимая в руках.
Алый шелк потускнел,
Весь в заплатах от стрел.
Сколько раз ей его возвращали, смеясь!
Сердце в ватной груди
От любви не спасти.
Снова буду счищать с него грубость и грязь.
Подожди! К декабрю
Починю, подарю!..
Тихо плачет свеча. Ночь с иголкой, без сна.
Сказка лета, Пьеретт,
Это наш с тобой бред.
Но послушай, как тихо крадется зима…
Чтобы снежной волной
Вдруг накрыть нас с тобой,
Нас, ненужных, усталых, с дырой под ребром.
Мой жестокий совет –
Выбрось сердце, Пьеретт.
Пусть оно на земле набухает дождем.
Платье куклы Пьеретт -
Из оберток конфет.
«Посмотрите! – шумят великаны дома. –
Вы видали смешней,
Вы видали бледней,
Хоть кого-то смешней и бледней, чем она?!»
Ты придешь и уйдешь.
Ты проходишь, как дождь,
Оставляя потекшую тушь на щеках.
А глупышка Пьеретт
Все глядит тебе в след,
Молча рваное сердце сжимая в руках.
Алый шелк потускнел,
Весь в заплатах от стрел.
Сколько раз ей его возвращали, смеясь!
Сердце в ватной груди
От любви не спасти.
Снова буду счищать с него грубость и грязь.
Подожди! К декабрю
Починю, подарю!..
Тихо плачет свеча. Ночь с иголкой, без сна.
Сказка лета, Пьеретт,
Это наш с тобой бред.
Но послушай, как тихо крадется зима…
Чтобы снежной волной
Вдруг накрыть нас с тобой,
Нас, ненужных, усталых, с дырой под ребром.
Мой жестокий совет –
Выбрось сердце, Пьеретт.
Пусть оно на земле набухает дождем.
***
Я поняла, что голос твой,
Как вересковый мёд.
Такой же тёмный и густой
Он медленно течёт
На вкус и горек и шершав,
И липкий на губах,
Хранит он ароматы трав
И память о цветах.
Я поняла, что голос твой,
Как вересковый мёд.
Такой же тёмный и густой
Он медленно течёт
На вкус и горек и шершав,
И липкий на губах,
Хранит он ароматы трав
И память о цветах.
***
Вы не находите, что в сказке интересней
И веселей, пожалуй, жить?
На месяц можно шляпу там повесить,
С медведем милым говорить.
Друзья мои, ведь всё во власти нашей!
До сказки нам рукой подать.
На шею вместо шарфа радугу повяжем,
По млечному пути отправимся гулять.
Вы не находите, что в сказке интересней
И веселей, пожалуй, жить?
На месяц можно шляпу там повесить,
С медведем милым говорить.
Друзья мои, ведь всё во власти нашей!
До сказки нам рукой подать.
На шею вместо шарфа радугу повяжем,
По млечному пути отправимся гулять.