СТИХИ: Одинокое сердце
[POEMS: Lonely Heart]
Это стихи об одиночестве — поэта и другого. Они о том, как люди не слышат и не понимают друг друга, как проходят мимо друг друга.
[These are poems about loneliness—of the poet and of the other. They are about missing each other in the sense of “I missed what you said.”]
[These are poems about loneliness—of the poet and of the other. They are about missing each other in the sense of “I missed what you said.”]
***
Как мне назвать немое чувство,
Когда тебя я узнаю среди ненужных лиц?
И ты проходишь мимо.
А я теперь люблю твоё живое имя.
Оно совсем недавно было пусто.
Как дом, где никогда никто не жил, молчало.
Теперь оно поёт.
Как мне назвать немое чувство,
Когда тебя я узнаю среди ненужных лиц?
И ты проходишь мимо.
А я теперь люблю твоё живое имя.
Оно совсем недавно было пусто.
Как дом, где никогда никто не жил, молчало.
Теперь оно поёт.
***
Притворимся, что нам всё равно.
Сквозь тебя посмотрю на прохожих.
Сквозь тебя они будут похожи
На актёров немого кино.
Ты уйдёшь, и останется дно.
Толща тёмная давит на плечи.
Утону без тебя в этот вечер.
Мне бы слово – лишь слово одно…
Притворимся, что нам всё равно.
Сквозь тебя посмотрю на прохожих.
Сквозь тебя они будут похожи
На актёров немого кино.
Ты уйдёшь, и останется дно.
Толща тёмная давит на плечи.
Утону без тебя в этот вечер.
Мне бы слово – лишь слово одно…
***
Эти нервные руки
Гладят кошек,
Помогают словам объяснять;
На коленях умерев понарошку –
От скуки -
Воскресают опять.
Обо мне и не думая даже,
Живут,
Привычным движеньем подносят ко рту сигарету
И грустят в ее душном дыму,
В этом маленьком городе где-то.
Эти нервные руки
Гладят кошек,
Помогают словам объяснять;
На коленях умерев понарошку –
От скуки -
Воскресают опять.
Обо мне и не думая даже,
Живут,
Привычным движеньем подносят ко рту сигарету
И грустят в ее душном дыму,
В этом маленьком городе где-то.
***
Мы все безумно одиноки.
И я тебе не расскажу,
Какой сегодня дождь по крыше
Гулял – с хвостом лилово-синим,
Какая ночь в окно втекала,
Как сладко облака молчали
И терлись спинами о землю.
И ты, прошу, не говори мне,
Не говори мне ни о чем.
Мы все безумно одиноки.
И я тебе не расскажу,
Какой сегодня дождь по крыше
Гулял – с хвостом лилово-синим,
Какая ночь в окно втекала,
Как сладко облака молчали
И терлись спинами о землю.
И ты, прошу, не говори мне,
Не говори мне ни о чем.
***
Мне бы вот только допрыгнуть до радуги.
Я бы с неё посмотрела на город наш.
Как он молчит, улыбаясь от радости,
Ёжась чуть-чуть после ливня холодного.
Среди прохожих тебя я искала бы.
С радуги люди похожи на бабочек.
Скоро глаза бы закрыла усталые.
Город смеётся «Ты время теряла лишь.
Здесь его нет. Он уехал». Надолго ли?
Плачу, и тучи берут меня на руки.
Дни без тебя будут вязкими, сонными…
Мне бы вот только допрыгнуть до радуги.
Мне бы вот только допрыгнуть до радуги.
Я бы с неё посмотрела на город наш.
Как он молчит, улыбаясь от радости,
Ёжась чуть-чуть после ливня холодного.
Среди прохожих тебя я искала бы.
С радуги люди похожи на бабочек.
Скоро глаза бы закрыла усталые.
Город смеётся «Ты время теряла лишь.
Здесь его нет. Он уехал». Надолго ли?
Плачу, и тучи берут меня на руки.
Дни без тебя будут вязкими, сонными…
Мне бы вот только допрыгнуть до радуги.
|
***
Ты проходишь по этим дорогам. Стены зданий тебя узнают. Ты не чувствуешь взглядов их окон, А они каждый день тебя ждут. По слепящему, белому – слепо, По кофейному месиву – в плюс, Под зонтом – по осколочкам неба Тороплюсь, тороплюсь, тороплюсь. Я здороваюсь с каждым окошком, А они говорят о тебе… И обидно, и грустно немножко: Мне бы кто-нибудь в след так глядел! Стены зданий в молчании строгом Притворяются, что не грустят. Ты проходишь по этим дорогам. И я тоже. Но все невпопад. |
|
|
***
Как найти эту тонкую грань? Холод. Лунные полосы окон Незаметно по полу ползут. Ласка слов превращается в брань, Дым табачный свивается в локон, Сердце прячется в шёлковый кокон, А глаза даже зеркалу лгут. В нос целую уснувшего пса. Он мне снами вздыхает на губы. За окном замерзает звезда. Ты не хочешь пускать меня сам Под свою волчью белую шубу. Но и не отпускаешь. Не грубо И не нежно. Не «нет» и не «да». |
|
***
Я слушаю ветер.
А лучшая песня его – про тебя.
Как он тебя встретил.
Ты шел… Улыбаясь? Грустя?
Слов нет в этой песне.
В ней только от радости всхлип.
Неверный, нечестный –
Теперь он поет ее веткам чернеющих лип.
Я жду – он вернется.
В окно вдруг впорхнет и усядется мне на плечо,
Невидимо улыбнется,
И я попрошу: «Спой еще».
Я слушаю ветер.
А лучшая песня его – про тебя.
Как он тебя встретил.
Ты шел… Улыбаясь? Грустя?
Слов нет в этой песне.
В ней только от радости всхлип.
Неверный, нечестный –
Теперь он поет ее веткам чернеющих лип.
Я жду – он вернется.
В окно вдруг впорхнет и усядется мне на плечо,
Невидимо улыбнется,
И я попрошу: «Спой еще».
***
Сойти с ума и потерять границу
Меж правдой жёсткою и хрупкостью мечты.
Забыть, как притворяться и таиться.
Услышать голоса из пустоты.
Что скажут люди? Но они исчезнут.
Останется свобода и покой.
Немая зачарованная бездна,
И в ней - не я. Не вместе. Не с тобой.
Сойти с ума и потерять границу
Меж правдой жёсткою и хрупкостью мечты.
Забыть, как притворяться и таиться.
Услышать голоса из пустоты.
Что скажут люди? Но они исчезнут.
Останется свобода и покой.
Немая зачарованная бездна,
И в ней - не я. Не вместе. Не с тобой.
***
Мы проходим. Проходим мимо.
Мимо тайны. Мимо кого-то.
Счастье мнимо. Несчастье мнимо.
Ты исчезнешь за поворотом.
Время есть, чтоб сказать: «Останься».
Но зачем? Уходи скорее.
Мы не знаем, что мы теряем.
…А иначе будет больнее.
Мы проходим. Проходим мимо.
Мимо тайны. Мимо кого-то.
Счастье мнимо. Несчастье мнимо.
Ты исчезнешь за поворотом.
Время есть, чтоб сказать: «Останься».
Но зачем? Уходи скорее.
Мы не знаем, что мы теряем.
…А иначе будет больнее.
***
Ты лжешь, как дышишь. Все твои слова –
Созданья перевёрнутого мира.
Его вместить не может голова,
Но с легкостью вместит кулак факира.
Сгорают на ладони корабли,
А с ними карты стран и их соблазны.
И я, на берегах своей земли,
Их тайны разгадать уже не властна.
Ты лжешь, как дышишь. Все твои слова –
Созданья перевёрнутого мира.
Его вместить не может голова,
Но с легкостью вместит кулак факира.
Сгорают на ладони корабли,
А с ними карты стран и их соблазны.
И я, на берегах своей земли,
Их тайны разгадать уже не властна.
***
Тебя сломали чьи-то руки.
Ты злая кукла без ноги.
Тебя ребёнок-Бог от скуки
Забросил в адовы круги.
Тебя нечаянно разбили,
Но не сумели починить.
…И на земле довольно пыли,
Чтоб в ней тебя похоронить.
Тебя сломали чьи-то руки.
Ты злая кукла без ноги.
Тебя ребёнок-Бог от скуки
Забросил в адовы круги.
Тебя нечаянно разбили,
Но не сумели починить.
…И на земле довольно пыли,
Чтоб в ней тебя похоронить.
***
Cквозь тонкий снег видна земля,
Но черные следы не тают.
Идешь походкой короля,
Сутулости не замечая.
Решил: останешься один, -
И в позолоченной короне
Проводишь дни среди руин
На плесенью обитом троне.
А по ночам – уже слугой –
Счищаешь грязь с сапог высоких
И говоришь с самим собой:
«Господь жалеет одиноких…».
Cквозь тонкий снег видна земля,
Но черные следы не тают.
Идешь походкой короля,
Сутулости не замечая.
Решил: останешься один, -
И в позолоченной короне
Проводишь дни среди руин
На плесенью обитом троне.
А по ночам – уже слугой –
Счищаешь грязь с сапог высоких
И говоришь с самим собой:
«Господь жалеет одиноких…».